Пищевая зависимость

Печать
  Лариса Аккуратова
altНесколько факторов побудили меня поделиться с вами своим опытом принятия обета двухразового питания и неожиданными для меня самой выводами и последствиями несения этого обета.

Впервые с опытом двухразового питания я столкнулась у беседников (хотя знала, что о. Георгий и некоторые наши братья уже давно живут именно так). О. Павел Алексахин на одной из первых встреч всегда говорил: «Любое дело начинай с тела». В то время для меня это было абсолютной абстракцией. Конечно, это правильно, нужно, но как это реализовать в моей повседневной жизни не очень понятно. Но зато большое впечатление произвел на меня рассказ о. Павла о женщине, которая очень хотела жить беседнической жизнью, но обета двухразового питания принять не смогла. Радикализм вывода о. Павла меня обескуражил: «Больше разговаривать с ней нечего. Это все пустое».

Обет я приняла, выполняла его строго, но скорее по послушанию, т.к. понимания смысла не было еще долго.

Слова отца Павла я вспоминала, внутренне спорила, все защищала эту женщину, а «крючочек» остался. Однако проблема эта всплыла неожиданно остро в паломничествах – да не в одном, а в нескольких. Оказалось, что людям не только было трудно по послушанию взять на себя благословленный о. Георгием режим питания, но и сама эта тема вызывала часто не очень адекватные реакции, причем не только у людей нововоцерковленных, но и живущих в церкви достаточно давно. Оказалось, что страхи, связанные с едой, пищевые привычки, пристрастия и многочисленные мифы могут серьезно мешать человеку. Это область «моего» и вторжение туда извне оказалось для некоторых людей чрезвычайно болезненным.

В своей жизни первые плоды несения обета я ощутила через несколько лет. Это были «костыли», позволяющие жить на уровне закона. В мою жизнь, хотя бы в этой области, пришли порядок и ясность: отказ от перекусов, побуждаемых психологическим, а не нормальным физиологическим голодом; отказ от неосознанного потребления пищи, между делом, без благодарности Богу; избавление от страхов. И главное, трапеза постепенно стала занимать подобающее место в жизни, как время общения и благодарности Богу и ближнему.

Однако постепенно всплыла следующая проблема, существующая в рамках обета двухразового питания. «Костылей» уже было мало. Нужно было внимательнее присмотреться, что же там внутри. Это проблема пищевой зависимости, о которой святые отцы говорят как о страсти чревоугодия. Причем обетом она не разрешалась никак, но обет позволил ее увидеть. Отследить и признать за собой эту проблему не очень просто. Курильщик точно может сказать – курит он или нет, а человек, страдающий пищевой зависимостью, далеко не всегда может определить, где нормальный физиологический голод, а где его поведением движет зависимость. Конечно, есть внешние проявления этой проблемы – более или менее явные, но человек всегда найдет причины себя оправдывающие (генетика, семейный уклад, жизненные трудности, нехватка времени – так до бесконечности). Но бывает и так, что внешних признаков зависимости нет (вес тела в норме, тяжести и сонливости нет, а проблема есть). По классификации святых отцов это «коренная» страсть, проявлениями которой являются также пьянство, наркомания, курение и др. страсти – зависимости.

Признаками пищевой зависимости, т.е. несвободы выбора и отсутствия ответственности за свой выбор в пищевом поведении, могут быть следующие фразы или их варианты:

Я обнаружила себя… (например, съевшей неконтролируемое количество еды за общим столом и др.).

Я не могу представить себе жизнь без … (часто очень хороших продуктов, например сезонных фруктов). При этом возникает озабоченность по поводу необходимости съесть, вырастить, заготовить тот или иной продукт, т.к. «сезон пройдет».

Я не смогла удержаться… Психологи называют это компульсивным или психогенным перееданием, когда происходит автоматическое, неконтролируемое поглощение пищи. При этом можно формально находиться в рамках двухразового питания.

Во всех этих случаях человек потерял трезвое восприятие себя и ситуации, что сродни изменению сознания, опьянению.

О пищевой зависимости свидетельствует также и неадекватно завышенная ценность тех или иных продуктов (например, сладкого, т.к. оно «необходимо для работы мозга»). Как правило, признаки недомогания без «быстрых» углеводов (т.е. дающих моментальный выброс глюкозы в кровь), к которым относятся сахар, мед и др., указывают на физиологическую и психическую зависимость от данного продукта. Такими недомоганиями могут быть головная боль, слабость, вплоть до тремора (дрожания) пальцев рук, перепады настроения. В то же время нужно понимать, что количество глюкозы, необходимое для полноценной работы мозга, вполне достаточно при нормальном потреблении углеводов в виде каш, фруктов и др., если не раскачивать качели уровня глюкозы в крови бесконечными сладостями. Конечно, сладкое в нашем рационе может и должно присутствовать, доставлять радость, только при этом не нужно придумывать очередных мифов о том, что тебе это просто необходимо физиологически. В этом случае, как правило, говорит зависимость. Есть сладкое – ешь, радуйся и Бога благодари. Нет сладкого – не ешь, радуйся и Бога благодари. Безусловно, этот пример относится к людям, не имеющим сахарного диабета.

Такими же мифами часто обрастают и другие различные пищевые привычки и отдельные продукты питания. Недавно я слышала такие слова от человека, имеющего пристрастие к алкоголю: «В организме человека присутствуют спирты в том или ином виде, так что для нормальной и здоровой жизни человеку физиологически необходимо употребление алкоголя». Примерно такие же курьезные пассажи можно услышать из уст курильщиков и людей, имеющих другие виды зависимостей.

Часто человек заедает стресс, скуку, жалость к себе, внутреннюю пустоту, получая мгновенное и доступное облегчение состояния, что также роднит пищевую зависимость с другими видами зависимости. При этом можно продолжать нести обет двухразового питания, но трапезы пред лицом Божьим уже не будет.

 Преодоление рефлекторного (бессознательного) характера пищевого поведения и вожделения (тяги, предвкушения, тоски, вплоть до одержимости), возвращает человека к свободному и осознанному выбору и в этой области жизни.

Часто такую зависимость подпитывает среда (семейные привычки, общее застолье). Помню, когда мы обсуждали реальное воплощение обета трезвости в жизни, сколько возникало вопросов и проблем, связанных с поведением за общим столом в коллективе, в семье. Нужна постоянная сосредоточенность, чтобы спокойно и точно (а по сути, трезвенно) отреагировать на возникающие у окружающих вопросы, а иногда и агрессию. Такие же проблемы иногда возникают и при «особом», как считают люди, пищевом поведении.

Для меня примером такого ответственного отношения к здоровью как дару Господа для служения является трапеза о. Георгия. Это проявление свободы и ответственности в таком, казалось бы, повседневном и личном аспекте жизни, причем жизни чрезвычайно стесненной тяжелой болезнью. Еда при этом разнообразна, красива, вкусна, в трапезе нет ничего случайного, съеденного между делом, бессознательно. Это действительно трезвенное отношение к дарованной пище, за такую трапезу можно благодарить Бога.

В заключение хочу сказать, что пищевая зависимость – это такая же реально существующая зависимость, как и многие другие – химические и нехимические. В настоящее время предлагаются разнообразные методы ее лечения, аналогичные лечению других зависимостей – терапевтические, психологические, 12-шаговые программы. Однако опасность проблемы пищевой зависимости в том, что человеку не так просто увидеть свою несвободу, как и в случае созависимого поведения. И только стремление постепенно очищать и отдавать все уголки своей жизни Богу позволяет нам чуть-чуть лучше видеть через замутненное стекло.