Борьба у нас не против крови и плоти, но... против злых духов на небесах.
Послание к Ефесянам св. ап. Павла, 6:12.
Главная Братство Наши доклады Общение и диалог как помощь зависимым близким

Общение и диалог как помощь зависимым близким

E-mail Печать

Ирина Богатова

Мы в нашей группе пришли к пониманию того, что  молиться о наших зависимых родных и близких недостаточно для того, чтобы они изменили свою жизнь. Для того чтобы им помочь нужно с ними общаться, а мы часто избегаем  общения, именно потому, что они зависимы. И они по этой же причине  часто не стремятся к общению с нами и, живя рядом с нами,  остаются в одиночестве со своей проблемой зависимости.

 

Проблеме выхода из одиночества к общению посвящена часть 3-я книги Н.А. Бердяева «Я и мир объектов».

По Н. Бердяеву выход из одиночества и общение происходят  через акт познания.

Познание есть один из выходов из одиночества, выход к другому «я», к миру, к Богу. Познающий выходит из состояния замкнутости, не остается лишь в самом себе и с собой...

При этом познание как результат зависит от степени общности между людьми.

Н.Б. призывает различать сообщение и общение.

Сообщение, т.е. передача той или иной информации больше относится к тому, что в нашем сообществе называют контактом. Это важные моменты для жизни общества, для социализации человека, но не имеет никакого отношения к тому общению, при котором мы обретаем некоторую общую жизнь.

Т.е. когда мы говорим близким что-либо о том, как мы устали от проблем зависимости и созависимости, просим прекратить пить, ставим запреты, границы  и разные условия возможности совместной жизни – мы не общаемся. Это  (независимо от эмоциональной окраски разговора) контакты, направленные на нашу социальную защиту от проблемы.

При этом  сам человек, страдающий от своей проблемы и одиночества, по мнению Н.А., выбрасывается в объективированный мир, где он не освобождается от своего «я» и одиночества, но это ощущение только притупляется («я не один такой»).

Онтологическое (сущностное, глубинное)  преодоление одиночества происходит  при достижении общения, связанного с внутренней жизнью, с приобщением познающего  бытию, тайне существования к дружбе, к любви.

Поэтому самое большое, что может сделать общество для таких людей – их социализировать,  но социализация не бывает личной, индивидуальной, она всегда абстрактна и универсальна.

Истинное преодоление одиночества и достижение общения есть переход от «я» к «ты» в любви, в дружбе, а не к объекту. Это вполне применимо и к познанию. Общество не может уничтожить одиночества «я», это в силах сделать только «ты», только общение в «мы», а не в обществе.

Религия означает связь, и она может быть определена как преодоление одиночества, как выход из себя, из замкнутости, как обретение общности и родства. В этом ее сущность. Религия означает соединение с тайной бытия, с самим бытием. Но одиночество преодолевается не потому, что есть религия, религия есть лишь отношение, она вторична и преходяща. Мое одиночество преодолевается потому, что есть Бог. Бог и есть преодоление моего одиночества, обретение полноты и осмысленности моего существования. Часто забывают, что первичен Бог, а не религия, которая может даже заслонять Бога.

Н.А. Бедяев различает церковь как общество и церковь как общение.

Исторически религия подверглась социализации и объективации, она напоминает нам религиозное общество, а не церковь.

Поэтому в религиозной, церковной жизни можно испытывать очень острое и жгучее, необычайно мучительное одиночество. Можно быть очень одиноким в приходе, со своими единоверцами, людьми той же конфессии, более одиноким, чем с людьми других верований и убеждений.

 

 Онтологически преодолевается одиночество лишь отношением моего «я» к Богу в порядке внутреннего существования, в первожизни, в церкви как общении, а не в церкви как обществе.

Религия непременно есть не только моя связь и соединение с Богом, но и моя связь и соединение с другими, с ближними, есть общение, общность, коммунион. Но это соединение и общение представляет другой порядок, чем общество, в котором есть  объективация, в котором один для другого – объект, а не «ты», в котором даже Бог есть объект, а не «ты».

Мы уже говорили на прошлой встрече, что икона Святой Троицы – образ общения, что христианин не может не общаться, что трезвение – это общение тогда, когда общение невозможно,  и потому мы говорим о подвиге общения.

В общинно-братской жизни мы  обретаем опыт общения с Богом и друг другом. В миссии  и катехизации  имеем опыт общения с теми, кто хочет общаться.

Однако в повседневной жизни   с зависимыми людьми мы сталкиваемся с тем, что эти люди или не хотят, или не могут общаться.

В таком случае о. Георгий Кочетков и другие авторы конференции «Вера-диалог-общение» предлагают обратиться к диалогу.

(В Содружестве эта конференция была в 2004 г.).

Перейдем к  некоторым размышлениям из докладов Н.А. Струве и о. Георгия Кочеткова.

Н.А. Струве говорит о необходимости для каждого христианина показать на деле нераздельность и плодотворность трехчастного диалога: внутри себя, с братьями-христианами и с миром. И ведение такого диалога – наша общая задача (стр.14).

Здесь важна взаимосвязанность и плодотворность всех трех частей.

 По словам о. Георгия, диалог внутри себя, в мистериальном, таинственном смысле – это участие в анафоре. (В этом смысл нашего знания анафоры наизусть). Здесь особенно важны анамнесис (горизонтальный диалог) и эпиклесис (вертикальный от Церкви к Отцу) (стр. 18).

Наши богослужения, общение  в общине и общение с миром (в том числе  с нашими зависимыми) диалогичны и взаимосвязаны по плодам! Думаю, нам нужно сегодня приложить усилия, чтобы осмыслить эту важную для решения поставленной проблемы связь.

Далее о. Георгий  предлагает:

начинать нужно с культурно-исторического диалога, как бы беседуя с произведениями искусства. Например, в изобразительном искусстве через картины можно увидеть человека. Ибо целью здесь является человек.

Диалог – это стремление к общению.

Диалог – главное условие того, чтобы …всякое живое общение осуществлялось адекватно.

Без веры общение и диалог невозможны.

 Диалог, исходящий из веры и общения, существует для лучшего взаимопонимания, а взаимопонимание – снова для общения. Диалог всегда логистичен (требует слов, разговора), а общение – пневматологично (духовно, возможно и без слов).

Диалог возможен только в том случае, если люди готовы идти друг ради друга на риск. (Подвиг общения).

Победа диалога и общения – это всегда победа Духа и Слова. 
 
Интересная статья? Поделись ей с другими:

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить