Борьба у нас не против крови и плоти, но... против злых духов на небесах.
Послание к Ефесянам св. ап. Павла, 6:12.
Главная Братство Наши доклады Трезвиться в отношениях с родителями – начинать с себя…

Трезвиться в отношениях с родителями – начинать с себя…

E-mail Печать

 

Обсуждение доклада

Если дети не хранят честь и достоинство родителей, злословят их, поднимают на них руку и т. д. (Исх 20:12), то они нарушают заповедь об их почитании. Такое часто происходит в случае, когда кто-то из родителей имеет психические проблемы, склонен к манипуляциям и с ним нет нормального общения. Как тогда помогать? В ветхозаветном смысле важно отзываться на реальную нужду, чтобы родители не голодали, имели необходимые лекарства, то есть поддерживать их жизнь и порядок в доме. Но при этом нужно еще и относиться к ним с любовью, как  призывает нас  Христос, говоря о любви к ближнему. В этом смысле они становятся не только близкими, но и ближними. Стоит еще размышлять и над словами Господа: «А вы говорите: кто скажет отцу или матери: корван, то есть дар Богу то́, чем бы ты от меня пользовался, тому вы уже попускаете ничего не делать для отца своего или матери своей» (Мк.7:11-12).

            О молитве за химически зависимых родителей. О чем молиться, если, допустим, курящий отец психически нездоров? Здесь речь не о том, чтобы помочь ему физически избавиться от курения как зависимости, а о том, чтобы он встал на путь спасения, осознал свою немощь, стал двигаться в сторону покаяния. Ему надо увидеть, что он не только губит себя, но и своим губительным поведением влияет на родных. Может, физически он и не оставит курения, но придет к внутреннему покаянию, что важнее.

            Физически уходя от недуга, можно прийти к другой зависимости, и даже не к одной. Зависимость же отягощает путь спасения человека, но это не тот критерий, по которому не пускают в Царство Небесное. Важно за «деревьями», о которых мы говорим, видеть «лес». А это значит – трезвенно молиться об избавлении от зависимости как о пути спасения человека и об исцелении наших с ним отношений. Значит, в первую очередь, молиться о себе, чтобы самому начинать исправлять отношения с родителями. Поэтому нужно еще и самому увидеть, осознать и адекватно оценить свои мысли, чувства и поступки. Нужно возгревать в себе  любовь к родителям через молитву ко Христу. Иногда понадобятся годы, чтобы преодолеть в себе гнев, раздражение и т.п. Это не легче, чем избавляться от каких-либо зависимостей.

            Ветхозаветный закон о почитании родителей не отменяется, а обновляется в Новом завете. И если мы сами будем выполнять волю Христа, идти Его путем и выстраивать отношения с родителями и со всеми людьми через Христа и во Христе,  то будут изменения и в нас, и в наших семьях, и вокруг нас... 

Ниже – некоторые  рассказы и размышления о личном опыте, приведенные почти без сокращений.  

Сергей: Если пожилой человек имеет психические проблемы, то с границами у него беда. Сознательно или бессознательно, он склонен к манипуляциям. Поэтому основной критерий для меня – это  реальная нужда: лампочку поменять, полы помыть и т. п. А что-то человек может сделать сам: сходить к врачу или в магазин поблизости. Часто, насмотревшись телевизора, он пребывает в негативе, и ему хочется на кого-то этот негатив вылить. Терпения же этому противостоять с улыбкой не хватает (грешный я человек). Поэтому нравится – не нравится, а откликаюсь я только на реальные нужды. Как со всем этим осуществлять заповедь о почитании родителей в новозаветном ключе, мне непонятно.

 Елена: У меня такая же ситуация была с отцом, и я всячески избегала контакта, всегда уезжала, только бы не находиться в этом аду. Находиться в одном доме с таким человеком и при этом любить, почитать его – это очень сложно. Но с другой стороны, эта заповедь – часть той, которая о любви к Богу и ближнему. Поэтому надо стремиться к глубине, чтобы и родители стали для нас такими же ближними, то есть любить их не как близких (своё, «кровинушку»), а как ближних, что связано с милосердием и исправлением отношений.

Не так давно меня потрясла статья Н. Бердяева «Духи русской революции», которую мы вместе обсуждали, и на днях я исповедовала то, что увидела в себе после этого чтения – духов разобщения, разделения, разрушения. После исповеди испытала такое облегчение, такую чистоту – давно этого не испытывала. У меня долго были  претензии к отцу, но после его смерти я его простила. В конце жизни он перестал пить, курить – здоровье заставило, но со Христом он так и не встретился,  ушел непримиренным с Ним.

Видимо, нужно внимательнее относиться к тому, что в нас такого от родителей, какими духами живем, и, конечно, каяться в этом, чтобы трезвенно входить в дело исцеления людей своего рода.  

Павел: От родителей мы можем потерпеть многое, но не помогать им – нельзя. А ситуация может быть разная, тобой могут манипулировать, оскорблять, вообще делать всё что угодно. Получается: терпеть-терпеть-терпеть…

И вот я думаю, что здесь тайна. В чем смысл почитания родителей? С ними хорошо, если в семье хорошо, за одним столом обедаем, ужинаем, чай пьем, как-то общаемся, почти как у христиан. Но в большинстве случаев так не получается. У христиан – трапеза и общая родная жизнь. А просто сесть за один стол с родителями в миру – не получается. Ни с психически больным отцом, зависимым от алкоголя, ни с  мамой, на нее отпечаток наложился.

Сейчас Господь привел ее на оглашение, и отношения потихоньку начали выравниваться, действием не человеческим – Божьим. Вот я и спрашиваю: а где же здесь границы, где почитание родителей? 

Наталья: Еще одна сторона вопроса, когда родители неверующие и привыкли к безоговорочному послушанию детей, а дети пытаются жить с Богом, исполнять Его волю, воцерковляться. Очень мешает это родительское навязывание своего. Надо мирно им противостоять, чтобы не навредить, а в какой-то ситуации, может, и промолчать. Но мне кажется, что во всем этом кроется компромисс. Так ли? 

Мария: Находясь в такой ситуации, нужно ставить границы, говорить разумно, заранее предупреждать, что нужно уехать: у меня вот такая встреча, мне нужно на ней быть. Что жить без Бога, без Церкви не могу. Конечно, сложно противостоять мирно таким родителям, когда они хотят, чтобы их дети были на побегушках. 

Олег: В проблеме взаимоотношений с родителями важен вопрос: какое может быть достоинство у человека, который пьет, сам себя не уважает и вытворяет такое, о чем вслух не произносят?  Поневоле встанешь в тупик, если бы не этические нормы. Нас родители никогда не оставляли голодными, мы не замерзали и т.п. – и мы должны так вести себя по отношению к ним. Но все это Ветхий завет. Новый же в том, чтобы идти на глубину в общении с родителями. Иначе может возникнуть страшная вещь – формализация отношений.

Я с пятнадцати лет в суворовском училище, потом самостоятельная жизнь, и в какой-то момент отношения с родителями стали формальными. Раз в две недели я созванивался с ними – и всё. А когда началось углубление этих отношений, оказалось, что мне сложно. Сложно выявить то, о чем стоит поговорить, найти общие точки соприкосновения, это труд. У христиан любовь дружественная, в ней нет ничего формального. И с родителями бы так подружиться! Но если все внутри сопротивляется этой мысли, то приходит другая – что они становятся некоей обузой, а это еще хуже. Вот и настраиваешь себя на длительное молитвенное усилие, чтобы не останавливаться и идти до конца. 

Ирина: Мой отец пил. Умер на работе, и я его увидела только в морге. А когда вышла из больницы, то в книжном киоске напротив мне бросился в глаза огромный календарь со Спасителем. Наверно, прежде надо увидеть себя, увидеть Бога в своем отце и поступать с ним как сердце подскажет, с любовью,  а не то, как «подружиться».

Господь  мог и из камней сделать себе детей, а дал нам предков, на которых мы внутренне хотя и не похожи, но с которыми крепко связаны. Когда умирала мама, мне пришлось ухаживать за ней, мыть ее, поднимать на руки,  и я поняла, что теперь я – «родитель»    для своей материи, и могу послужить ей, как когда-то она мне. Мы все едины, мы все одна кровь. А без любви – какая вера? Невидимые духовные нити связывают нас… 

Лариса: в Первом московском хосписе есть правило: нельзя ломать человека, если он смертельно болен, а у него есть какие-то привычки, которые кажутся нам греховными. У меня с моим отцом были дружеские отношения. А он, надо сказать, был парализован больше 30-ти лет. Отец был из поколения «израненных лейтенантов». Они на войне и становились лейтенантами в 20 лет. Он и все его друзья, пришедшие с войны, пили.

Когда его парализовало, встал вопрос: давать ему спиртное или нет? Я давала, не могла по-другому. Если бы волевым решением перестала давать, это было бы похоже на то, что я попираю его  человеческое достоинство, потому что это уже был не его выбор.  Отец мучился, у него были сильные боли, а я не могла подойти к нему, распростертому, и сказать: не дам выпить, это моё волевое решение.

 

 Но когда за четыре года до его смерти я пришла в братство «Трезвение», что-то в наших отношениях изменилось. И я смогла сказать ему: я не буду больше покупать тебе спиртное. Отец принял это спокойно. А несколько лет тому назад его не стало, и я, возвращаясь к тому, что было, думаю: все в наших отношениях было правильно.



 
Интересная статья? Поделись ей с другими: